Говорят, что столица Фландрии, штаб-квартиры НАТО, Писающего мальчика и горячих бельгийских вафель — город строгий, чопорный и не располагает к безумствам. Но если верить рассказам гидов, статьям и наблюдениям очевидцев, все как раз наоборот. Перефразируя поговорку, в тихом омуте столицы Евросоюза водились и наверняка водятся еще какие черти...
Например, известен факт, что Байрон как-то напился и разбил в Королевском парке какую-то статую, а Петр I, приехав на «воды», на приеме, данном в его честь, опять же напился и в том же самом парке то ли пописал при всех в фонтан, то ли его туда стошнило... А теперь в этом парке цветут каштаны и гуляют загорелые итальянские туристы. Да что там далеко ходить — взять хотя бы символ города (а то и всей страны!) — Maneken Pis — Писающего мальчика. Бельгийцы, конечно, носятся с ним, как с «писаной торбой» — холят его и лелеют. Главы разных стран награждают его орденами, а по праздникам одевают в разные костюмы: например, в форму сборной по футболу или костюм шотландца (клетчатый килт на Писающем мальчике — это что-то!). А самый первый костюм был пожалован самим Людовиком XV. На Гран-Пляс (центральной площади) есть музей Писающего мальчика, где собрано более 600 его костюмов, а также представлена история европейской канализации — от писсуаров и унитазов разных эпох до устройства канализационных систем. К слову сказать, памятник на удивление мал по размеру, но не по своему значению. Каждый бельгиец благодарен историческому спасителю своего города, который естественным образом уберег Брюссель от пожара. Недавно появился женский вариант Писающего мальчика на соседней улице — Яннекен-Пис. Поговаривают, что установления фонтанчика добились европейские феминистки. Но «сестричка» пока не достигла популярности своего «братика».
В честь Писающего мальчика ежегодно летом устраивают праздник пива, и в этот день фонтанчик «заряжают» не водой, а соответственно, пивом. Горожане подставляют ладони и пьют... А пива в Бельгии существует несколько тысяч сортов и появилось оно еще в Средние века — во времена Тиля Уленшпигеля.
Слава Амстердама как секс-столицы не дает покоя бывшему соседу по государству. Соперничество тянется с тех пор, когда Амстердам и Брюссель были одной страной — Фландрией. Полуголые девицы средь бела дня красуются в выходящих на железную дорогу открытых окнах, дабы приезжающим гражданам была обеспечена «свобода выбора» по приезду. Куда там «скромным» жрицам любви, работающим в строго отведенном месте Амстердама — «Квартале красных фонарей»...
Брюссель называют «Парижем в миниатюре». Парижане, правда, немного посмеиваются над брюссельцами из-за того, что те сами, дескать, ничего придумать не могут, а все у них воруют. В Брюсселе есть Королевский Дворец (похож на Версаль — да не Версаль), главный кафедральный Собор Св. Михаила и Гудулы (похож на Нотр-Дам де Пари, но в десятки раз красивее снаружи, и внутри — удивительные по красоте витражи). Есть даже свое кладбище Пер-Лашез, Люксембургские сады и церковь Сакр-Кёр (только в Брюсселе ее любят, а парижане свою называют «фигой над Парижем»). Есть даже узенькая улочка, где расположены десятки ресторанов очень близко друг к другу по обе стороны, как в Латинском квартале Парижа, где можно отлично пообедать цыпленком на гриле или выпить чашечку горячего шоколада со знаменитыми бельгийскими вафлями (гофрами). Вообще, что говорить, если сравнивать Брюссель с Парижем — действительно можно найти много сходства, однако разница в том, что отличает один город от другого — в атмосфере. В Брюсселе она другая, может быть где-то более аристократичная и не такая высокомерная, как в Париже. Даже не зная английского языка (в Бельгии два государственных языка — французский и фламандский), каждый без стеснения воспользуется еще одним, чтобы помочь туристу — языком жестов.
Словом, Брюссель так и остался на стыке двух культур, двух языков. Париж — не Париж. Амстердам — не Амстердам. Одной ногой в средневековом прошлом — во времени Тиля Уленшпигеля, другой — в настоящем, неся на себе тяжелое бремя столицы Евросоюза.
